Так говорили студенты Днепропетровского химико-технологического института, когда сталкивались с трудной задачкой или вопросом, на который не могли найти ответ. Все считали, что Евгений РАДЧЕНКО останется в институте на кафедре и со временем из него получится крупный учёный.
Сын учительницы сельской школы всегда был умненьким. Рано научился читать и писать, с шести лет пошёл сразу во второй класс. Соответственно в институт поступал, когда ещё не исполнилось 17 лет. Юношу отказались принимать. Пришлось писать «всесоюзному старосте» Михаилу Калинину. Из приёмной Президиума Верховного Совета СССР на имя ректора пришло письмо: «Принять на общих основаниях».
Окончание первого курса совпало с началом Великой Отечественной войны. И снова возраст подвёл — 17-летнего добровольца отказались брать на фронт. Но повоевать всё-таки довелось. С 1944 года Евгений Дмитриевич, рядовой 333-й стрелковой дивизии, участвовал в боях в Николаевской области, освобождении Одессы. Победу встретил в Болгарии.
После увольнения в запас восстановился в институте, а в 1950 году окончил его с отличием. В августе того же года Евгений Радченко получил назначение на должность инженера дирекции газового завода, будущего Ангарского нефтехимического комбината.
«…При получении назначения нам объяснили, что мы направляемся на секретную стройку и должны строго соблюдать режим секретности. Наша «передача» остановилась среди леса, мой сосед сказал: «Выходим». Первым, что я увидел, было несколько одноэтажных коттеджей. Напротив стоял высокий деревянный забор, обнесённый колючей проволокой. По углам забора находились вышки, на которых стояли солдаты с винтовками. Это был лагерь заключённых, строивших город…» — отрывок из книги «Есть в Сибири город Ангарск», которую Евгений Дмитриевич написал в 2004 году.
Приблизительно через месяц после приезда Нина, супруга Евгения Радченко, получила комнату в только что построенном доме в 38 квартале.
«Это была первая наша квартира, и мы ей очень радовались. Я собрал несколько обрезков досок и сколотил из них топчан. Нина покрыла его цветным покрывалом, и получилась хотя и жёсткая, но удобная тахта. Мы привезли стол, купленный на рынке, и железную кровать. Из трёх посылочных ящиков устроили тумбочку, установили на это сооружение радиоприёмник и таким образом устроили наше жильё. Кухня была общей, плита топилась дровами, которых было вдоволь и возле дома, и в зоне строительства», — вспоминал в своей книге Евгений Дмитриевич.
За годы работы Радченко сменил несколько должностей: был сменным инженером цеха, затем начальником, главным инженером газового завода, главным инженером управления.
В 1962 году его назначили начальником комбината-16.
«Эта должность была номенклатурой бюро ЦК КПСС по Российской Федерации. В июле 1962 года я был вызван в Москву. Мне задали два вопроса: о выполнении комбинатом плана в этом году и перспективе его развития. Я волновался, но не настолько, чтобы робеть перед партийным начальством: утвердят так утвердят, а не утвердят — тоже неплохо. Я не рвался на должность начальника, мне и главным инженером нравилось работать. Так, в возрасте 39 лет я стал первым начальником комбината, который сыграл решающую роль в моей судьбе», — писал Евгений Дмитриевич.
В 1969 году за выдающиеся заслуги при выполнении специального задания правительства по строительству одного из крупнейших в стране нефтехимических производств Евгению Радченко присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и молот».
В 1970 году переведён в Москву и назначен директором Всесоюзного НИИ по переработке нефти. Так инженер-практик стал учёным. Им опубликовано более двухсот научных работ. В 1981 году стал доктором технических наук, в 1983-м — профессором. В институте он проработал до 90 лет! Умер в 2016 году, похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.
Является почётным гражданином Ангарска, именем Евгения Радченко названа улица.
Алёна ЗОРИНА
Из архива ЦБС