Антон КОСЫГИН поделился историей жизни и работы в солнечной стране
Антон родился в Ангарске, среднюю школу окончил в Железногорске-Илимском, затем — институт управления в Москве, спустя несколько лет прошёл обучение в научном центре в Сколково. А дальше судьба распорядилась так, что несколько лет ангарчанин работал в Бразилии — занимался запуском мясоперерабатывающего предприятия. Своими наблюдениями об этой стране Антон поделился с читателями нашей газеты.
Рыбацкий рай
Оказывается, наши представления о том, что Бразилия — страна диких обезьян, а в Рио-де-Жанейро все ходят в белых брюках, не более чем миф, художественное преувеличение известных авторов.
— В белых штанах там ходят только врачи, все остальные — в джинсах и бермудах, — рассказывает Антон. — Машины ездят на спирте. На каждой заправке продаётся чистейший спирт менее чем по доллару за литр. Современные двигатели сконструированы так, что в них можно заливать как спирт, так и бензин, и смешивать их в любой пропорции. Спирт производят из сахарного тростника. Дикие обезьяны тоже присутствуют, но я, например, был поражён улитками размером с кулак и земляными червями по полметра длиной и с палец толщиной. На таких жирных червей ловится во-о-от такая рыба! Орех кешью в Бразилии — всего лишь семечко от очень вкусного фрукта, из которого здесь делают сок. Сами орехи выкидывают или перерабатывают на экспорт.
Поражает воображение Пантанал Бразилии — крупнейшее в мире тропическое болото, биологическая жемчужина мира. Там самые большие заливные земли с невиданным разнообразием живности: более 600 видов птиц, 232 вида рыб, несколько десятков видов рептилий. Рыба в Пантанале кишит, поэтому регион считается настоящим рыбацким раем. На крупнейшем гидротермальном курорте мира «Рио Кенте», то есть «Горячая река», река действительно горячая!
Лучшие в мире переговорщики
— Русским там хорошо, — продолжает Антон. — В Бразилии нет холодов, за исключением юга страны, который похож на Сочи, — не нужно строить тяжёлые дома с основательными фундаментами, не нужно отопление. Стоимость строительства в десятки раз дешевле, чем в России. То же самое с одеждой — не нужны здесь тёплые вещи. В год снимают по 2-3 урожая. Конечно, по сравнению с Бразилией Россия — страна с тысячелетней историей. Бразилия образовалась всего-то 500 лет назад, не пережила ни одной войны. Был эпизод с Парагваем, но он существенно не затронул мирное население — фактически просто перенесли границу.
В Бразилии никогда не было голода и крупных кризисов в экономике, социальных потрясений, не менялись владельцы частной собственности. Для бразильцев жизнь — это расслабленное комфортное существование.
— Самая главная для нас сложность — это колоссальная разница в структуре коммуникаций, в структуре мышления. Русские и в работе, и в беседе настроены на результат. В любых разговорах на любом уровне подразумевается ответственность за свои слова. Бразильцам больше нравится процесс, они настроены прежде всего на комфорт в общении. Существует даже такое понятие, как educacao, «образованность общения», — это то, насколько собеседнику с тобой комфортно. Вот к этой самой educacao в Бразилии относятся с невероятным вниманием. И когда русский приходит договариваться о чём-то, он предлагает конкретные шаги, рамочные соглашения. На следующий день ничего из предложенного не происходит. Не происходит и ещё через год. Зато сколько удовольствия получаешь от каждого общения с бразильцами! Недаром ведь считается, что лучшие переговорщики в мире это именно они!
Конечно, со временем, набравшись опыта, Антон научился различать, когда человек просто разговаривает, а когда имеет в виду что-то конкретное, — и перестал тратить энергию на ожидания того, что и не думает происходить, перестал зависеть от слов, которые произносят впустую.
— К тому же я понял, что в каждую ситуацию нужно вникать самостоятельно. Допустим, на заводе вышла продукция с браком. Когда ты задаёшь вопрос, почему, люди начинают рассказывать истории одна другой интереснее. Но к реальной причине эти байки не имеют никакого отношения. Надо ехать на завод и разбираться на месте: что конкретно произошло, почему брак и какие шаги мы будем предпринимать во избежание его. В России, конечно, такое тоже случается, но у нас гораздо меньше врут и сочиняют красивые истории. А в Бразилии очень многие русские потеряли деньги из-за того, что не понимали: вовсе не обязательно разговор повлечёт за собой какие-то конкретные действия местных предпринимателей.
И могут даже… заплакать
— Потом, там особенно отчётливо понимаешь, какую роль в судьбе моего поколения, тогда 30-40-летних, сыграли социальные лифты. Мы ведь росли в общих дворах, дружили друг с другом не по материальным признакам, у всех было одинаковое стандартное образование. Русский язык на территории бывшего Советского Союза до сих пор не имеет диалектов. Есть небольшие акценты в речи — московский или вологодский, есть местечковые слова, но диалектов, которые не были бы понятны, нет. Это результат того, что на всей территории СССР мы получали обязательное среднее образование по одним и тем же учебникам под контролем районных отделов образования. Благодаря этому мы умеем разговаривать так, что нас понимают и в магазинах, и в высоких кабинетах, — продолжает Антон.
В Бразилии же, оказывается, множество диалектов, они меняются от региона к региону, и нет социальных лифтов. Общество там жёстко разделено на классы, их около пяти. Если человек родился бедным, у него нет никакой возможности продвинуться. Если он собирает фрукты, то рабочим на заводе уже не станет. Рабочий на заводе может стать бригадиром, если у него есть талант, но никогда не станет начальником цеха, потому что получить образование — дорого, к этому нужно очень стремиться.
— Но, надо заметить, к представителям низших классов там принято относиться уважительно. Например, если на улицах раздают рекламные листовки, считается хорошим тоном эти листовки брать, даже если не читать их, а выбрасывать в урну. Но тем, что берёшь, демонстрируешь уважение к труду этих людей, которые находятся на несколько ступеней социальной лестницы ниже.
И, что интересно, там совершенно нет представления о смекалке, даже слово такое в языке отсутствует. В России ведь часто сталкиваешься с недюжинной сообразительностью в технических решениях. Русские из подручных средств могут сделать всё что угодно, хоть самолёт. А в Бразилии рабочие очень часто не понимают, чего от них требуют. Кричать бесполезно, потому что они думают: господин сердится, а почему сердится — непонятно. И так расстраиваются, что могут даже… заплакать.
— Где жить хорошо, зависит не от страны и не от города, а от человека. Есть люди, которым везде плохо, есть те, которым везде хорошо. В Бразилии мне понравилось, но Россия в моём сердце навсегда.
Светлана ФОМИНА
Фото из архива Антона Косыгина
