Ангарчанка Татьяна КУЗНЕЦОВА вспоминает, каким был когда-то микрорайон Старобайкальский
Перед её глазами до сих пор стоит картина, как они ребятишками бежали в кинотеатр «Октябрь». Его только открыли, поэтому для всех желающих бесплатно показывали двухсерийный фильм «Капитан первого ранга». Это было в начале 1960-х годов.
— Помню, что в нашем микрорайоне, который сейчас называют Старобайкальский, работал хлебозавод, а в теплицах выращивали розы. Детвора пасла коров и бегала босиком, как только сходил снег. Заболеть не боялись, сорванцами были, — начинает рассказ Татьяна Кузнецова. — Очень красивым построили кинотеатр «Октябрь» — высокие потолки, на втором этаже гитарист, ударник, баянист осуществляли так называемое музыкальное сопровождение, и буфет был. Жаль, кинотеатр не сохранился. А в те годы за ним была ещё деревянная танцплощадка. Те, кто постарше, танцевали, а мы, детвора, подсматривали, кто с кем танцует.
Жили скромно
Она приехала в Ангарск с родителями с Кубани, когда ей был всего годик. Её отца, пожарного Якова ГЕГЕШКО, пригласили работать в молодой сибирский город на нефтехимический комбинат. Поначалу жили в Майске в городской квартире, но отец всегда мечтал о своём доме. Мечта сбылась — семья переехала в Старо-Байкальск, который раньше назывался Байкальском.
— В нашем любимом доме мы жили с 1954 года. Я была пятилетним ребёнком, помню, что вокруг нашего участка был лес, сосны, а под ними рыжики, весной зацветал багульник. А там, где сейчас 6 микрорайон, местность была болотистой, кочки и такая вода разливалась, что мы на лодке катались, а мужички уточек стреляли.
В одноэтажной школе дети учились с первого по четвёртый класс. Рядом стояла котельная с большой чёрной трубой — это сооружение сохранилось до сих пор. Пристройка сбоку тоже сохранилась, там была общественная баня. На своих участках бани не строили — земли на дом и огород выделялось всего 6 соток.
— Дома у всех были однотипные, небольшие деревянные или шлакоблочные, и материально мы жили все как-то одинаково. Помню, что заключённые строили. Если какой-то объект возводился, то огораживался колючей проволокой, стояла деревянная вышка с солдатом-охранником. Но страшно не было совершенно. Мы были предоставлены сами себе. Ребятишками одни ходили купаться на Тёплый канал, родители за нами не следили, неприятностей никаких не помню. Наш переулок упирался в тупик — три дома по одну сторону и по другую три. Со всего Старо-Байкальска собирались ребятишки, играли в лапту, выжигало.
Из этого переулка дорога выходит как раз на Московский тракт. И там, где сейчас гаражи, шиномонтажки, магазин «Хороший», было просто болото, где иногда паслись коровы.
— В Байкальске было большое стадо коров. Их и пастухи пасли, и сами хозяева. Курицы свободно ходили, в переулке гуляли соседские индюки, кто-то козочек держал. Как-то у нас отелилась корова, а это было, зимой, так телёнок в нашем доме недели две жил. До сих пор помню — стоит с мокрым носиком, я его глажу, целую…
Запах детства
— Мы любили пробовать то, что растёт в лесу. Никто нам не говорил, что за травка, что за корешок такой. Откуда мы это знали? Какие-то луковички выкапывали, какой-то чеснок полевой. Я прямо специалист была по нему, искала и находила. Наедимся, это всё грязное — нигде в лесу не мыли, и ничего! До сих пор обожаю маленькие шишечки от сосенок, — смеётся Татьяна Яковлевна.
Летом спала на сеновале и до сих пор любит аромат сухой душистой травы — запах детства.
— Каждое лето — сенокос. Папа ходил косить траву — нам участок выделили около НПЗ. Меня с собой брал, я помогала ему — переворачивала сено, чтобы оно со всех сторон просыхало. Помню, какие-то мужички вышли с установки, стоят, курят, смотрят, как я ворошу скошенную траву. Один спрашивает: «Вы для себя?». Я говорю, еле сдерживая смех: «Нет, для коровы!». Потом грузили сено на машину, а я стояла наверху и утаптывала. И ехала на копне. Такое ощущение простора…
Воду в дом поначалу возили огромной бочкой с колонки. Но, чтоб напоить корову, воды нужно было много — она ведро выпивала за пять глотков! Во дворе стоял колодец, но там вода была очень жёсткая, им практически не пользовались. Потом провели водопровод.
— И печное отопление было. В окна вставляли двойные рамы и ещё ставнями закрывались. Зато какая зимой на стёклах случалась узорчатая морозная красота! Помню, утром встанешь — окна расписные! Мама поднималась рано, наверное, часов в пять, вначале растопит печку, чтобы тепло пошло, потом только нас поднимала в школу. Мама была очень работящей, я ни разу не видела, чтобы она присела днём или прилегла, когда устала, вот как я сейчас могу прилечь. Она прожила 91 год, правда, под конец жизни её парализовало, наверное, от непосильного труда, она ведь работала без выходных.
Малая родина
Заборы между домами были маленькие, видно, кто чем занят из соседей. Все дружили, жили мирно, как одна семья.
— Поначалу не было ни радио, ни телевизора. Соседи купили как-то маленький «Авангард», там экран 10 на 10, наверное. И мы к ним приходили смотреть этот телевизор. Иногда в лото играли, но особо-то и некогда было. Я помню, что на лошади ездил старьёвщик, он собирал какие-то бумажки, тряпочки. Мы, ребятня, довольные, весь лес в округе очистим, из дома что-нибудь принесём ему, а он нам за это давал шарики со свистулькой — вот это счастье! Раньше ж не было такого изобилия, как сейчас. Летом приезжали цыгане, расставляли на болоте свои шатры. В Байкальске одна цыганская семья жила постоянно, они не воровали, у них даже хозяйство собственное было.
Первоначально этот район, где стоит бывший «Октябрь», назывался «девятка». Потом — посёлок Байкальск, а теперь микрорайон Старо-Байкальск. И жители ТОС «Старо-Байкальск» планируют установить здесь памятную стелу. О том, что тут когда-то выпускался свой хлеб, напоминает улица Хлебозаводская. В огромных теплицах росли розы.
Своей жизнью Татьяна Кузнецова довольна. Детство научило её быть стойкой, ценить то, что есть, и не огорчаться по пустякам. Всю жизнь трудилась. Сначала на НПЗ, училась на вечернем отделении в политехническом институте, потом работала в проектном институте ВНИПИнефть, на пенсию ушла из управления механизации комбината.
— Дочка Юлия и сын Вадим мне помогают, внучки Марина и Диана радуют. Спасибо им, я счастлива! Хочу, чтобы они так же, как и я, любили свою малую родину, лучше которой нет ничего на свете.
Светлана ФОМИНА
Фото из архива Татьяны Кузнецовой